воскресенье, 30 октября 2016 г.

- Встань! Выйди из класса!.. Скука…

Морозов В.В.  
«Воспитательная педагогика 
Антона Макаренко»
Документально-педагогическое исследование. Москва-Егорьевск, 2008 г.

«Воспитательная система Макаренко – не искусственное, умозрительное построение, а организация детской жизни в её наиболее естественных формах, база для обретения опыта хозяйствования, постоянный общий интерес, рождающий крепкую спайку, видимый рост благосостояния, ощутимый расцвет личности, успевающей овладеть несколькими специальностями, образованием, культурой, эстетикой. Всё это давало искомый нравственный опыт, определяющий поведение человека в жизни.

Теоретический анализ опыта и живая практика жизни педагога С.А. Калабалина, принявшего на себя наследие своего учителя, несомненно, заслуживает внимания. Он – один из самых ярких воспитанников, а потом и последователей А.С. Макаренко в борьбе с детской беспризорностью, с дурными наклонностями и духовным опустошением подростка-сироты. Вся его жизнь до самых последних дней была отдана детям.
Книга включает в себя наиболее ценные и малоизвестные материалы из архива семьи династии педагогов Семёна Афанасьевича и Галины Константиновны Калабалиных. Адресуется всем тем, кого интересуют вопросы педагогики и подходы к организации воспитания…

…Единственным достоинством Нодара, переходящим в недостаток, была его честность. Он мог среди урока заявить: «Мне это неинтересно». Ему действительно было неинтересно, но учитель воспринимал его слова как вызов.
Именно так рождаются «трудные» дети, которые аккумулируют в себе наш педагогический брак. Мы выбрасываем их из коллектива, потому что не терпим нареканий со стороны ребят. Интересно, замечали ли вы, как мало мы слушаем своих воспитанников? Не правда ли, классический вариант: «Замолчи, когда старшие с тобой разговаривают»? Напрасно, много полезного можно было бы услышать. Но... «учитель всегда прав». Часто именно непонятые дети становятся трудными.

Каково живётся человеку, чувствующему себя изгоем, понять нетрудно. Я был уже взрослым, когда впервые назвал своих родителей «мама» и «папа». Они работали в детском доме, и поэтому я не имел на эти слова «мама» и «папа» — права. Чтобы не сделать кому-то больно, я должен был, как все, называть директора Семёном Афанасьевичем, а воспитательницу Галиной Константиновной.
На примере родителей я убедился, что нет на земле более мужественной профессии, чем профессия педагога. Педагог детского дома это и врач, и психолог, и артист, и родитель, и нянька в одном лице. И немного сам ребёнок. А если серьёзно, педагог — это человек, который чувствует себя в ответе за всех детей…

…Антон Семёнович вырастил моего отца, который, подобно своему учителю, воспитал тысячи людей. И среди них ни одного мерзавца. …Воспитанники всегда помнят главные уроки своих педагогов: как жить, как вести себя в той или иной ситуации. Но только в том случае, если их учат не назиданиями, а собственными поступками, по которым дети определяют и свою линию поведения.
Я часто размышляю, почему и Макаренко, и мой отец пользовались таким авторитетом среди детей. Ответ один. У них было кредо, которому они следовали всю жизнь: «делай только то, что умеешь делать». Сегодня мы часто забываем об этой истине! Как-то директор одной из московских школ взахлёб рассказывал мне об одном учителе, которого любят ребята.

Я поинтересовался, в чём секрет такой любви. Оказывается, дети его учат кататься на велосипеде. Это двадцативосьмилетнего мужчину! Да он, коли уж выбрал профессию учителя, должен был ещё до поступления в пединститут научиться и этому, и многому другому... Отец не раз повторял: «Мы не знали, чего бы не умел делать Макаренко…»

…Отец много выступал с лекциями, и там, где бывал, всегда появлялись единомышленники. Умел заворожить, убедить, зарядить искренней верой в то, что плохих детей не бывает. Это мы, взрослые, часто расписываемся в собственном бессилии, рубя с плеча: «Он трудный, что с него возьмёшь?» Просто такие дети требуют больше внимания, больше ухода, с ними надо больше повозиться, попотеть. Надо ребёнка разгадать, пробудить в нём человека и, если хотите, — творца.
В колонии у Антона Семёновича хулиган забывал, что он хулиган, потому что занимался интересной, взрослой, настоящей работой. Он не играл в труд, а ощущал себя творцом и, однажды испытав это ощущение, уже не мог его забыть.

Воспитывать — значит, быть ребятам защитой, а мы превращаемся в судей. К кому, как не к воспитателю, идти в трудную минуту мальчишке? Потому я прошу, умоляю всех педагогов: пожалуйста, не начинайте свой день с жалоб на ребят, не приходите с обидами на них, по крайней мере, до тех пор, пока солнце светит. Чтобы я мог, не зная их прегрешений и не думая, как «принимать меры», просто улыбнуться ребятам и взять кого-то за плечо, даже виновного…


…Краеугольным камнем воспитания оказываются взаимоотношения в коллективе. Работая в системе профтехобразования, я и мои коллеги ни разу не взяли на себя смелость определить без ребят, кому ехать по путёвке за границу, а кому сфотографироваться у Знамени Победы. Ошибки здесь дорого стоят. Я назвал хорошего на свой взгляд, а ребята знают его совсем с другой стороны. Например, он плохой товарищ, высокомерен и расчётлив. И если педагоги хвалят такого воспитанника, то что подростки подумают? Что педагоги либо лицемерны, либо слепы…

…Если его уважают, то даже серьёзный на первый взгляд проступок ничего не значит. А наказать за этот проступок легко, когда знаешь, что надо исправить в человеке. Это я хочу подчеркнуть особо: осудить надо только действие, поступок, но не человека. Пацан должен знать, что педагог возмущён только тем плохим, что он совершил, но не им самим.
Даже в наказании может проявиться уважение к личности. Этому я учился у отца и у матери -  особенно у матери. (Она тоже воспитанница колонии Макаренко и всю свою жизнь проработала вместе с отцом.)

Вот на каких уроках я вырос... Как большинство мальчишек тринадцати лет, я лазил в соседний сад за яблоками. Как-то раз приволок «продукт» на всю компанию, человек на 15. Вывалил на кровать. Вдруг все зашушукались: «Семён Афанасьевич идёт». Мигом я набросил поверх яблок простыню и как ни в чём не бывало, лёг «спать».
- А вот те яблоки, на которые улёгся сейчас Калабалин, давайте и попросим его съесть ,-  сказал отец.
Где-то на килограмме он сжалился, взял меня за руку и повёл в тот самый сад.
-  Цей хлопчик будет тебе сторожем, - сказал он хозяину, - и неделю, пока с этим отрядом мы будем в походе, станет стеречь твой сад...
Ясное дело, я остался без работы: ну кто полезет в сад, когда его сторожит Товарищ? Вернувшийся из похода отряд был встречен хозяином тремя мешками «сэкономленных» яблок. Какой урок я извлёк из той истории, уточнять не стану — из-за банальности вывода. А пример привёл, чтобы показать, что и в выборе наказания должно присутствовать педагогическое творчество…


…Я слишком ценю свой авторитет, чтобы пошатнуть его убогой ординарной «мерой пресечения». Знаю, какая бы конфликтная ситуация ни сложилась между мной и подростком, ребята внимательно наблюдают: чья возьмёт? Поэтому, если не готов «сразить» провинившегося улыбкой, словом, гневом, лучше промолчу, сделаю паузу, но просто перебранку устраивать не стану.

Если бы меня спросили, кого я считаю самым большим актёром, может быть, назвал бы себя, потому что и сценарий пишу сам, и режиссёр себе тоже сам. Микропьеса: прошу прислать в училище телефонограмму - выговор директору Калабалину за то, что его девушки плохо покрасили цоколь одного уважаемого здания. Потом вывешиваю этот выговор на доске объявлений, а девчонок тех с извинениями к себе не пускаю: пускай помучаются. Игра? А почему бы и нет? Ведь это не та игра, где изображаешь чувства, а сам так и ждёшь, когда опустится занавес и можно будет уйти домой. Тут другое: счастливая, радостная игра, не фальшь, вдохновение…

…У Макаренко были тысячи различных педагогических приёмов. Дети не знали, как поведёт он себя в той или иной ситуации. Антон Семёнович был непредсказуем, и это вызывало жадное их любопытство. А мы, как мы себя ведём? Каков наш педагогический арсенал? «Встань, выйди из класса!» — вот и всё. Скука...»
Источник http://makarenko-museum.ru
Семилетик 2016 г.

4 комментария:

  1. Ирина, какая интересная статья! Как сейчас много трудных ребятишек! Их не становится меньше, хотя растет уровень жизни населения. Не каждый может справиться с трудными подростками. Вроде у ребенка есть родители. Работают, образованные. А с ребенком невозможно иметь дело! Почему? Макаренко - это действительно ПЕДАГОГ с большой буквы.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Ирина, мне кажется, что чем выше уровень населения, тем меньше мы делаем руками и в комфорте многие вещи, дела, принципы не усваиваем. Моя знакомая руководит детскими лагерями (туризм) и там детям очень тяжело бывает. Например, девочка 7 лет не умела складывать свои кофточки, а на вопрос "Почему же ты не умеешь их складывать?" она совершенно искренне ответила: "У нас домработница это делает". Просто время вместо умения самообслуживания тратится на пустые развлечения, а если еще и родители оочень заняты на работе, чтобы обеспечить семью для достатка, то и получается вот так.. Сами делаем детей трудными.

      Удалить
  2. Ирина, спасибо за обзор книги. Уверена, кто с ней не знаком, заинтересуется и обязательно прочитает.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Читать Макаренко можно всегда, статей много найдено и макаренковеды по крупицам собирают материал, ценный опыт в работе с детьми. И опыт хорош не только в применении к трудным детям. Макаренко грамотно преподал семейную педагогику в своей "Книге для родителей".

      Удалить